РОСБАНК Онлайн
Официальное приложение
Цвет кнопок и ссылок
Расстояние между строками
Использовать шрифт
Физическим лицам
Управление счетами, платежи и переводы, открытие вкладов и погашение кредитов, информация о счетах и картах. Для регистрации необходима банковская карта и мобильный телефон.
Юридическим лицам
Новый Интернет Клиент-Банк - это система с обновленным интерфейсом. Клиентам доступны обе версии. Система позволяет в режиме реального времени контролировать состояние счетов, совершать платежи и пользоваться другими банковскими продуктами.
EN

Как найти точки роста в новые времена

31.10.2017

Национальный банковский журнал

31.10.2017

Почти десять лет назад Росбанк стал частью международной финансовой группы Societe Generale, что позволяет ему при формировании своей бизнес-стратегии опираться не только на собственный опыт, но и лучшие практики группы. О том, как это помогает банку отвечать на вызовы, которые возникают сейчас в сфере финансовых услуг, и о своем видении наиболее актуальных для российских банков проблем рассказал в интервью NBJ заместитель председателя правления Росбанка Константин АРТЮХ.

NBJ: Константин, в своем выступлении на форуме Ассоциации «Россия» «Банки России – XXI век» вы перечислили основные вызовы, с которыми сталкиваются сейчас российские банки. Давайте в рамках нашей беседы пройдемся по ним подробнее. Насколько весомыми в общей концепции представляются вам регуляторный и, если так можно сформулировать, вызов огосударствления российской банковской системы?

К. АРТЮХ: На протяжении нескольких лет мы наблюдаем увеличение доли государственных банков в общем объеме активов банковской системы: с 63% в 2014 году до 67% в августе 2017 года. Этот рост происходит преимущественно за счет небольших финансовых учреждений «второй сотни». Некрупные представители банковской сферы теряют свою долю в ней за счет очистки регулятором банковского сектора от игроков, проводящих сомнительные операции, а также ввиду их низкой конкурентоспособности по сравнению с крупными банками. Помимо этого, ЦБ РФ проводит политику по ограничению доступа малых банков к размещению средств госбюджета, фондов капремонта жилья и банковских гарантий в налоговые органы. При этом есть большое количество банков, как частных российских, так и иностранных, которые увеличивают свою долю на рынке и демонстрируют высокую рентабельность. Для сохранения присутствия не только государственного, но и частного капитала в сегменте банковских услуг государству желательно отслеживать конкурентную ситуацию и в случае необходимости своевременно принимать антимонопольные меры.

NBJ: С января 2018 года вступают в силу новые стандарты, в частности, МСФО 9 и CRS. По вашему мнению, готовы ли российские банки к переходу на них?

К. АРТЮХ: Росбанк находится в процессе анализа методологии и пересчета показателей в соответствии со стандартом МСФО 9. Эта работа ведется в тесном сотрудничестве с соответствующими подразделениями группы и внешним аудитом. На настоящий момент это происходит в соответствии с планом, однако мы не можем давать оценку уровня готовности других финансово-кредитных организаций.

NBJ: Если говорить об огосударствлении, то в рамках того же форума в Сочи мы слышали предложения законодательно ограничить долю госбанков в области банковских услуг. Считаете ли вы это реализуемым и желательным?

К. АРТЮХ: Многие крупнейшие государственные банки являются публичными компаниями, среди их акционеров есть частные и иностранные лица, так что говорить о рациональности каких-либо жестких ограничений, которые могут повлиять на конкретных участников рынка, было бы неправильным. Вместо этого финансово-кредитным организациям необходимо сосредоточиться на повышении конкурентоспособности своих бизнес-моделей, снижении затрат и развитии диджитализации.

NBJ: Многие эксперты говорят о том, что нашим банкам придется привыкать работать в условиях низкой маржинальности бизнеса, причем на неопределенно длительный период. По вашему мнению, как это может отразиться на структуре банковского сектора и на выборе бизнес-моделей российскими банками?

К. АРТЮХ: Прибыльность кредитных организаций сегодня уже вышла на докризисный уровень. Совокупный RoE (Return On Equity, коэффициент рентабельности собственного капитала. – Прим. ред.) банковского сектора за 7 месяцев 2017 года составил 14,4%, по данным ЦБ РФ, достигнув показателей 2012-2013 годов.
Несмотря на постепенное снижение процентных ставок, прибыль выросла за счет увеличения чистого процентного дохода (процентные расходы на депозиты снижались быстрее, чем процентные доходы от кредитования -14% vs -6%), а также за счет сокращения отчислений в резервы на возможные потери, что явилось результатом консервативного подхода банков к кредитованию.
Для поддержания данного уровня прибыльности в будущем в условиях дальнейшего снижения процентных ставок и, наиболее вероятно, процентной маржи банкам следует повышать эффективность бизнес-процессов, в том числе за счет развития электронных каналов продаж и обслуживания. Также рекомендуется развивать комиссионные продукты.

NBJ: Насколько существенным является вызов банкам со стороны финтех-компаний, которые проявляют все больший интерес к предоставлению клиентам финансовых услуг? Как банки должны адекватно реагировать на него?

К. АРТЮХ: Сегодня вопрос стоит шире, а именно – как научиться использовать потенциал финтеха в банковском бизнесе. Финтех-компании обладают рядом явных конкурентных преимуществ перед банковскими структурами. Это и умение работать по гибкой проектной методологии, и эксперименты с прорывными идеями, и вариативность в организации работы персонала, и применение предпринимательских контрактов. Банкам необходимо научиться использовать многообразие функциональных наработок финтеха, наладить бесшовную интеграцию наиболее интересных и выгодных из этих наработок в свою структуру сервисов и услуг. Кроме того, финтех-площадки обладают существенным потенциалом с точки зрения рекрутинга как отдельных специалистов, так и целых команд. Успешные примеры его реализации в России уже есть.

NBJ: В своем выступлении в рамках одной из сессий сочинского форума вы говорили о том, что банки нуждаются в масштабной диджитализации. Не могли бы вы конкретно пояснить, что в данном случае имеется в виду?

К. АРТЮХ: Диджитализация пронизывает нашу жизнь, и банк поддерживает и стимулирует ее на уровне как клиентских сервисов, так и внутренних процессов. Что касается клиента, то диджитализация – это, в первую очередь, предложение полнофункционального интернет-банка и мобильного приложения. Сейчас с помощью дистанционных каналов обслуживания в Росбанке можно совершать подавляющее большинство операций, которые раньше были доступны только при посещении отделения. Безусловным плюсом проведения платежных операций онлайн являются сниженные комиссии, а логин и пароль для мобильного приложения клиент банка может создать уже сейчас полностью дистанционно. При этом постоянно появляются новые сервисы, которые мы также планируем внедрить. Сейчас банковский сектор развивается в сторону удаленной идентификации клиента, полностью дистанционных продаж банковских продуктов и возможности предлагать услуги компаний-партнеров банка. Росбанк активно включен в проработку этих проектов.

Без масштабного перехода к цифровым услугам никакой банк не может развиваться полноценно, так как наши клиенты, как пользователи услуг, уже находятся в диджитал-пространстве.

В ближайшее время также станет уже привычным распознавание клиента по биометрическим данным. Это, с одной стороны, упростит процесс авторизации, так как не надо запоминать пароли. А с другой стороны, это выведет сервисы на новый уровень информационной безопасности.

NBJ: Как вы оцениваете ту денежно-кредитную политику, которую проводит регулятор? Осложняет ли она условия ведения банковского бизнеса в нашей стране или, напротив, способствует их улучшению?

К. АРТЮХ: До начала 2017 года Банк России проводил достаточно жесткую денежно-кредитную политику, что выражалось в завышенной относительно инфляции ключевой процентной ставке. Однако по мере приближения инфляции к целевому уровню (4% по итогам года, текущий уровень – 2,9% по сравнению с показателем за аналогичный период 2016 года) вектор политики заметно смягчился, что, несомненно, заслуживает одобрения со стороны рынков и экспертного сообщества. Полагаю, что достигнутые показатели ключевой ставки (8,5%) не являются конечной целью и Банк России продолжит ее понижение до уровня 8% к концу 2017 года и до 7% к концу 2018 года.
Я считаю, что мерами денежно-кредитной политики регулятор не преследует целей по осложнению или облегчению условий ведения бизнеса в стране. Однако уже сейчас можно констатировать, что снижение ставок благоприятно сказывается на уровне экономической активности и росте кредитования в розничном и корпоративном сегментах. При этом конкурентные преимущества в части доступного розничного и корпоративного фондирования и способность отбирать качественных клиентов будут определяющими критериями успеха в условиях дальнейшего снижения инфляции и процентных ставок.

Помимо всего прочего, Банк России проводит достаточно жесткую надзорную политику, и, вопреки некоторым опасениям, этот процесс повышает доверие к сектору.

NBJ: Также сейчас много говорят о необходимости улучшать практики риск-менеджмента в банках. Не могли бы вы поделиться своим мнением, какие улучшения необходимы в данном вопросе, опираясь на опыт Росбанка и группы Societe Generale?

К. АРТЮХ: Сама по себе функция риск-менеджмента изначально не была характерна для нашего рынка. В российском банковском секторе она начала внедряться не так давно, 5-6 лет назад. В этом контексте Росбанк был одним из пионеров, ведь он начал применять успешные практики управления рисками еще в 2008 году, сразу же после того, как банк приобрела международная финансовая группа Societe Generale. Естественно, они были основаны в том числе и на опыте самой группы.

Принципиальной харак­терис­ти­кой вертикали рисков, обеспечивающей ее эффективность, является независимость, наличие права сказать «нет» той или иной сделке и невозможность изменить это решение даже со стороны первого лица банка. Успешные риск-практики, применяемые в группе Societe Generale и Росбанке, позволяют оценить потенциальные убытки от того или иного соглашения, а независимость вертикали позволяет выстраивать четкую структуру ответственности, детально подходить к принятию решений, ставя во главу угла долгосрочные интересы группы, а не сиюминутную выгоду.

Одним из важных аспектов функционирования современной риск-вертикали является необходимость формирования интегральной системы управления рисками, видение комплексной картинки влияния всех рисков на деятельность банка и на его капитал. Одним из инструментов является создание динамического риск-аппетита с учетом бюджета и стратегии развития банка как в базовом, так и в стрессовом сценарии. Иначе говоря, вертикаль рисков должна учитывать множество процессов одновременно. В качестве примера можно рассмотреть ситуацию, когда стратегия развития банка предусматривает рост активов в пять раз, для соблюдения нормативов, установленных регулятором, капитал банка также должен вырасти пропорционально. Но это должно произойти с учетом возможного стресса, меньшей прибыльности активов, чем планировалось, дополнительного риска ликвидности, процентного и операционного рисков. Соответственно, капитала может потребоваться больше. Необходимо выстроить систему, которая позволит как рассчитать необходимый капитал, так и обеспечить динамический контроль за профилем риска с учетом промежуточных результатов и меняющейся внешней среды. Риски в конечном итоге должны быть интегрированы в процессы бюджетирования, в стратегии управления капиталом как в стандартных, так и в кризисных ситуациях через стресс-тестирование. Должны устанавливаться те триггеры, которые сигнализировали бы «дальше расти нельзя – не хватает капитала». Динамический риск-аппетит позволяет прогнозировать и отслеживать позицию банка относительно всех этих метрик и, как следствие, позволяет ему оставаться устойчивым в любой момент времени. Для эффективной деятельности и роста бизнесу необходим интегральный взгляд на капитал с учетом рисков, чтобы существовать за счет собственных ресурсов без помощи государства.

NBJ: В свое время приобретение Росбанка группой Societe Generale стало одной из самых ярких сделок слияния и поглощения в России. Мы видим теперь, что иностранные «стратеги» более не проявляют интереса к российским банковским активам. С чем, по вашему мнению, это связано и чем в большей мере обусловлено – влиянием санкций или тем, что российский банкинг больше не рассматривается как высокомаржинальный?

К. АРТЮХ: Экономика России постепенно переходит к сбалансированному росту. Маржинальность банковских услуг постоянно сокращается ввиду высокой конкуренции и снижения ключевой ставки ЦБ РФ. Повышается уровень требований населения к качеству банковского сервиса. Это создает барьеры новым участникам. При этом присутствует целый ряд игроков с иностранным капиталом, которые успешно ведут свой бизнес на территории России.

NBJ: Опираясь на опыт Росбанка, скажите, пожалуйста, есть ли у коммерческих банков в России возможность конкурировать с госбанками, особенно в условиях, когда их доля и вес в сегменте банковских услуг продолжает расти?

К. АРТЮХ: Большинство коммерческих банков в России имеют более высокую стоимость фондирования по сравнению с госбанками, что делает цену их кредитных услуг менее конкурентоспособной. При этом коммерческие банки могут успешно конкурировать с госбанками в области клиентоориентированности, за счет более высокой скорости и более развитых удаленных каналов обслуживания.

NBJ: Каков ваш прогноз относительно наиболее вероятных тенденций развития российской банковской сферы в 2018 году?

К. АРТЮХ: Во-первых, это устойчивый рост кредитования. Портфели будут расти на величину порядка 8% в год, сектор будет оздоравливаться. По мере снижения ключевой ставки и инфляционных ожиданий будет продолжать развиваться стартовавший в 2016–2017 годах кредитный и инвестиционный цикл, в частности, в залоговом кредитовании.

Клиенты банков становятся бо­-лее информированными. Появление агрегаторов банковских продуктов позволяет потребителю сделать оптимальный выбор, не затрачивая много времени. Выигрывают те банки, которые делают продуктовое предложение клиенту в онлайн-режиме, максимально сокращая time-to-yes (время на принятие положительного решения. – Прим. ред.).

Лояльность клиентов сегодня становится критичной величиной. Сокращающиеся темпы роста кредитных портфелей и процентной маржи толкают банки на развитие комиссионных продуктов и выстраивание долгосрочных отношений с клиентами. Банки пытаются покрыть все больше потребностей людей, развивая новые сервисы и партнерские программы, например экосистемы, брокерские сервисы.

Все большую роль в борьбе за надежных клиентов играют анализ данных и Big Data. В условиях все еще высокой долговой нагрузки бизнеса и населения, ужесточения банковского регулирования (новый законопроект о максимальной долговой нагрузке физических лиц, ограничение кредитных ставок, повышение уровня резервирования для высокорисковых кредитов) банки борются за надежных клиентов, развивают новые инструменты для их привлечения и оценки.

Конкуренция будет разворачиваться вокруг эффективности бизнес-процессов и бизнес-архитектуры. Снижение темпа роста доходов стимулирует банки работать над сокращением издержек, развивать легкую инфраструктуру, переводить клиентские и бизнес-процессы в удаленные каналы, сокращать ручные операции, минимизировать бумажный документооборот.

Подробнее на Национальном банковском журнале

string(4) "true"
Продолжая 1) переход по любой ссылке или нажатие любой кнопки при нахождении на данной странице сайта
2) просмотр контента на нижней части данной страницы сайта с 'прокруткой' ('пролистыванием') вниз ее содержимого
пользоваться
настоящим сайтом вы выражаете своё согласие на обработку ваших персональных данных с использованием интернет-сервисов "Google Analytics" и "Яндекс Метрика".
Порядок обработки ваших персональных данных, а также реализуемые требования к их защите содержатся в Политике ПАО РОСБАНК. В случае несогласия с обработкой ваших персональных данных вы можете отключить сохранение cookie в настройках вашего браузера.